После Гражданской войны к работе в бывшей войсковой, а теперь трудовой школе вернулся Терентий Поликарпович Шаишников. 20.02.1920 года его назначили заведующим Яманской трудовой школой первой ступени. Здание школы с окраины села перенесли в центр и разместили в месте напротив будущего Дома Культуры.
Началась советская реформа образования. 23 января 1918 года был опубликован декрет «Об отделении церкви от государства и школы от церкви», 16 октября 1918 года вступили в силу «Положение о единой трудовой школе» и постановление Наркомпроса «О школах национальных меньшинств». Согласно этим правовым актам, прекращалось преподавание в школах предметов религиозного плана, устанавливалось бесплатное образование, ликвидировались сословные школы, вводилось совместное обучение мальчиков и девочек, предоставлялась возможность проводить обучение на родном языке. В июле-ноябре 1919 года все прежние начальные училища были переименованы в единые советские трудовые школы первой ступени (3-4 года обучения).
10 августа 1919 года был образован Илекский уездный отдел народного образования (Илекский УОНО), который ведал не только вопросами просвещения, но и занимался культурно-просветительской работой. А в 1920 году при Яманском волисполкоме начал работу волостной отдел народного образования.
Отделом народного образования (волотнароб) руководил Александр Николаевич Назаренко. Также в состав отдела входил представитель работников просвещения Терентий Поликарпович Шаишников и руководитель волостного политпросвета Фёдор Степанович Отвалов. Волотнароб отвечал за работу в посёлках единых трудовых школ и школьных советов, Мухрановской мусульманской школы, изб-читален, союзов молодёжи, культпросвет кружков и Мухрановского детского дома.
В 1922 году Шаишникова Т. П. назначили секретарём волисполкома, поэтому на его место жители попросили прислать нового учителя. В октябре 1922 года им стал Терентьев Яков Яковлевич.
В 1920-е годы советская школа строилась на принципах коллективного управления и «трудовой школы». Школьный совет был ключевым органом этого управления и рассматривался как альтернатива дореволюционной «административной» модели. Он создавался на основе декретов Наркомпроса (1918–1923 гг.) и был обязательным элементом школьной структуры. Совет управлял внутренней жизнью школы: учебным процессом, дисциплиной, трудовым воспитанием, связью с местным сообществом и реализацией советской идеологии — при активном участии учителей, учеников и представителей общественности.
7 августа 1922 года на общем собрании граждан Яманского посёлка избрали Школьный совет. В него вошли Солдатов Мелетий, Лобушкин Иван, Станоткин Василий.
Денежных средств, выделяемых на нужды образования в 1920 году, было недостаточно, намного меньше, чем до революции. Работу школ затрудняли последствия гражданской войны. У многих учащихся не было одежды и обуви.
Тяжёлая экономическая ситуация привела к тому, что большинство школ существовало за счёт средств населения. Это сказывалось и на размерах вознаграждения учителей. Сложное материальное положение сельских учителей обуславливало значительную текучесть педагогических кадров в 1920-е гг. В конце этого периода около половины учителей всех типов школ имели педагогический стаж, не превышающий трех лет. Во второй половине 1920-х гг. органами народного образования стала создаваться система курсовой подготовки специально для деревенских просвещенцев, которая сыграла значительную роль в повышении общеобразовательного и профессионального уровня деревенских школьных работников. Благодаря деятельности разного рода учебных заведений и курсов количество учителей в сельской местности с 1924 по 1929 гг. увеличилось более чем на треть.[1]
Материальное положение сельских учителей усугублялось неоднозначностью их правового статуса. Права педагогов нарушались довольно часто: переводы учителей в середине учебного года из школы одного района в школу другого района, увольнения с работы без объяснения причин были типичны для 1920-х гг.
Значимое место в жизни сельских учителей, наряду со школьной работой, занимало выполнение ими различных видов «общественной нагрузки». Сельские учителя принимали участие в ликвидации неграмотности взрослого населения, участвовали в кампаниях по перевыборам в советы, в мероприятиях, связанных с коллективизацией сельского хозяйства и т. д. Эта работа осуществлялась на общественных началах и в большинстве случаев не оплачивалась.
17 июля 1930 г. президиум Оренбургского окрисполкома принимает постановление «О введении в округе обязательного всеобщего обучения детей школьного возраста», в котором сказано:
«...Всеобщее обязательное начальное обучение по всему Оренбургскому округу вводится в 1930/31 году для детей 8— 9—10-летнего возраста.» [2]
Постановлением ответственность за посылку в школы детей в 1930 г. была возложена на родителей и всех граждан, имеющих на попечении детей. В случае отказа от исполнения постановления было разрешено применять к родителям или лицам, их заменяющим, меры административного и морального взыскания, в том числе денежные штрафы.
В 1936 году учителями в школе были Полина Осиповна, Мария Терентьевна Шаишникова, Илларион Зиновьевич Колкотин и Терентий Поликарпович Шаишников, управляющий школой.
В школе учились 4 начальных класса. Со временем мест стало не хватать, тогда 1-й и 3-й классы стали учиться в другом здании. Потом к основному зданию школы пристроили ещё одно с общей входной дверью.
Росло количество детей, менялся состав учителей. После окончания 4-го класса желающие учиться дальше поступали в 5 класс Илекской средней школы и жили в интернате напротив школы. Но таких желающих было не много, большинство после начальной школы шло работать в колхоз. В 1940 г. в селе Голом открылась семилетняя школа, приравненная к восьмилетней, и выпускники Яманской начальной школы стали получать неполное среднее образование там.
В районной газете «Коммунистический труд» от 30 января 1941 года размещено сообщение от управляющего школой Колкотина И. З. о том, что на место управляющего школой Шаишникова, не вышедшего из отпуска, в сентябре 1940 года РОНО прислал учительницу Кожину. 9 января 1941 года заведующий РОНО Гумеров предложил Кожиной переехать в другое село, а класс от неё передать вернувшемуся Шаишникову. 11 января Шаишников принял класс, но Гумеров снова оставил Кожину на старом месте. Колкотин пеняет Гумерову, что тот своими непродуманными распоряжениями мешает нормальному проведению школьных занятий. В этой же колонке Колкотин жалуется на бригадиров колхоза «1 мая» Федосеева и Пономарёва, которым поручена подвозка дров для отопления школы, что они сваливают дрова в 300 метрах от школы. Поэтому истопница не успевает своевременно истопить печи, и температура в школе утром бывает не больше 5 градусов тепла. Ученики занимаются в школе не раздеваясь.[3]
Тогда же на январском районном совещании учителей обратили внимание, что в школе уделяется мало внимания укреплению дисциплины, из-за чего некоторые школьники во время уроков даже вступали в пререкания с учителем.[4]
Мобилизация в школы фабрично-заводского обучения
Быстрая индустриализация в СССР требовала огромного количества квалифицированных рабочих. Заводы росли быстрее, чем люди успевали учиться. Поэтому государство использовало административные методы:
- массовое «призывание» молодёжи 14–18 лет;
- закрепление будущих рабочих за конкретными предприятиями;
- подготовка по ускоренным программам;
- жёсткая дисциплина, близкая к производственной.
Идея была проста: быстро обучить массу людей и направить их на стройки пятилеток.
17-летних колхозников и других молодых мужчин села мобилизовали на обучение в школы ФЗО. Существовал план призыва по сёлам и колхозам района. Так, 17 мая 1941 года вышло решение исполкома Илекского райсовета депутатов трудящихся о призыве в школы ФЗО и утверждении плана распределения, в соответствии с которым от Яманского сельсовета должны были быть мобилизованы 3 человека от колхоза «Первое мая».[5]
Ликвидация безграмотности
26 декабря 1919 г. был издан декрет СНК РСФСР «О ликвидации неграмотности среди населения РСФСР», в котором всё взрослое население в возрасте 8 до 50 лет обязывалось ликвидировать неграмотность на русском или родном языках. В 1920 году в Яманской волости под контролем отдела образования была организована волостная чрезвычайная комиссия по ликвидации безграмотности (грамчека), которая занималась образованием взрослого населения. Председателем волграмчека был Терентьев Акакий Васильевич.
Для активизации работы по ликвидации неграмотности в 1929/30 учебном году в Оренбургском округе был организован культпоход, в течение которого решалась задача обучения 46600 человек неграмотных и 25450 человек малограмотных. К участию в культпоходе были привлечены работники просвещения, члены ОДН, студенты, учащиеся школ второй ступени, члены профсоюза, комсомола и т.д. Каждой из привлеченных организаций было установлено конкретное задание по ликвидации неграмотности и малограмотности. Обучение проводилось как на групповой основе в годовых опорных инструктивных школах (20 на все районы) и сезонных опорных школах (300 по ликвидации неграмотности и 300 по ликвидации малограмотности), так и на основе индивидуально-группового обучения.[6]
В селе в 30-е годы активно велась работа по обучению грамотного взрослого населения (ликвидация безграмотности — ликбез). Руководили этой деятельностью Яманский сельский совет депутатов трудящихся, партийный организатор и комсомольская организация в селе. Люди, занимающиеся обучением неграмотных и малограмотных на добровольных началах, назывались культармейцами. К концу 30-х готов проблема грамотности стояла уже не так остро, но всё ещё оставалось некоторое количество неграмотного населения в селе.
В газете «Коммунистический труд» №13 от 9 февраля 1941 года инспектор РОНО Портнов говорит о ослабевании работы по ликвидации неграмотности со стороны председателя сельсовета Горбачёвой, парторга Портнова и секретаря комсомольской организации Никишина. Инспектор Портнов призывает, чтобы к 1 мая 1941 года в селе не осталось ни одного неграмотного.
В газете «Коммунистический труд» №32 от 13 апреля 1941 года приводится сводка о ходе ликвидации неграмотности в районе за период с 20 марта по 10 апреля 1941 года. В соответствии с ней, в Яманском сельсовете 41 неграмотный житель и 22 малограмотных. Обучающихся 43, за данный период обучено 8. Число занимающихся обучением культармейцев — 13. В этом же номере инспектор РОНО Н. Ходакова сообщает, что в Яманском сельсовете к 1-му мая будут подготовлены к выпуску 29 неграмотных.
