Образование и первые годы
Конституция РСФСР 1918 года утвердила сельские советы как низшие ступени местного самоуправления.
Яманский сельский совет (в этот период официальным было название «Ямановский») был образован вскоре после окончания Гражданской войны, в конце 1919 года.
В 1920-х годах сельсовет выполнял административные функции, занимался сбором трудового и гужевого налогов.
Служащими сельсовета становились бедняки, часто из новоприбывших переселенцев.
Под здание сельсовета отдали один из опустевших домов, бывший дом Ивана Леонтьевича Горбачёва.[1]
В 1920 году председателем сельского совета был Терентьев Акакий Васильевич, секретарём — Солдатов Фёдор; членами сельского совета — Погорелов Дмитрий, Минибаев Давлетгирей, Портнов Константин, Тагиров Гантан и Аловягин Иван.[2]
27 января 1921 года в результате перевыборов в сельский совет на общем собрании посёлка председателем сельского совета был выбран Люлько Никита Васильевич, секретарём — Разно Афанасий Харитонович, заместителем председателя — Твердоступов Иван Максимович. Начальником транспорта был Ларин Яков Степанович.[3][4]
В том же году председателем был Горшков Григорий, затем Никишин Семён.
В 1922 году председателем был Черных Филипп Николаевич.[5]
27 февраля 1923 года на пленарном заседании Ямановского сельсовета, согласно циркулярному предписанию волисполкома о сокращении штата президиума сельсовета, приняли решение: председатель Черных с 1 марта оставит пост, бывший секретарь Лошкарёв Павел станет председателем, заместителем останется Станоткин Иван Яковлевич.
17 марта 1923 года на общем собрании граждан председатель Лошкарёв попросил пригласить секретаря, потому что один не справлялся с работой. Единогласно был избран Юткин Александр — на срок до 1 сентября 1923 года.[6]
5 августа 1923 года на общем собрании граждан решили принять Шкинькова секретарём сельсовета до 15 октября.
Сельсовет в 1930-е годы
В 1930-е годы сельский совет был низовым органом государственной власти, выполнявшим административные, хозяйственные, фискальные, контрольные и мобилизационные функции, прежде всего в интересах коллективизации и сталинской модели управления.
Яманский сельсовет в то время часто упоминается как передовой в выполнении финансовых планов. За финансовую деятельность сельсовет к началу войны уже несколько лет держал переходящее Красное знамя. Население облагалось подоходным и сельскохозяйственным налогами, а также культсбором, который направлялся на нужды жилищного и культурно-бытового строительства и был отменён в 1943 году. В конце 1941 года был введён налог на холостяков, одиноких и малосемейных граждан СССР; с 1942 года действовал военный налог.
До налоговой реформы 1928 года не все были довольны налогообложением. Тяжесть налогообложения приходилась на хозяйства, доходы которых служили источником накопления в земледелии. Так, согласно информационным сводкам, в посёлке Яманском зажиточный казак Ф. А. Прокопов говорил: «Советская власть задушила своими налогами. Хотя бы пришла какая-нибудь другая власть», — и присутствующие с ним согласились.[7]
На протяжении 1939 года сельсовет регулярно выполнял и перевыполнял финансовый план. К концу февраля 1940 года уже был выполнен квартальный финансовый план и собран культсбор за весь год. Отмечалась заслуга в этом председателя сельсовета Перкуновой, председателя правления колхоза Зайцева Н. Ф., налогового агента Портнова, а также агитаторов и всего финансового актива, ведущего разъяснительную работу среди населения.[8]
Значительная часть налогов оставалась в бюджете сельского совета. Как отчитывалась в газете «Коммунистический труд» председатель сельсовета Горбачёва Вера Андреевна, досрочное выполнение доходной части бюджета в 1940 году позволяло бесперебойно финансировать социально-культурные мероприятия: заготовку дров для школы и медпункта, приобретение учебно-наглядных пособий, книг и медикаментов. На 1 января 1941 года полностью отсутствовали задолженности по заработной плате. За хорошо поставленную финансовую работу сельсовет имел переходящее Красное знамя. Налоговому агенту Портнову В. Н. было присвоено звание отличника финансовой работы; он был премирован райфинотделом и облфинотделом. Также были премированы финансовые активисты Никишин, Панфилов, Черных и другие. В январе 1941 года финансовый актив села насчитывал 16 человек, распределённых по участкам.[9]
Также практиковалось самообложение — добровольные взносы населения на местные социально-культурные мероприятия. К 20 января 1941 года Яманский сельсовет снова опережал прочие сельсоветы района по культсбору и самообложению.[10] 30 января было собрано 68,3 % плана культсбора и 57,9 % плана самообложения. Первыми полностью рассчитались по культсбору Лопанов Павел Маркианович, Пономарёв Леонтий Иванович, Никишин Дементий Никитич, Ошкин Яков Прокофьевич и другие — всего 50 человек.[11] По самообложению первыми рассчитались Федотенко Иван Сидорович, Чеботарёв М., Агурякин В., Бударников Е. и другие. На сессии сельсовета было принято единодушное решение досрочно собрать средства по культсбору и самообложению; половина колхозников рассчиталась тут же. К 5 февраля результаты составляли 87,7 % по культсбору и 85,6 % по самообложению.[12] 8 февраля оба сбора были выполнены на 100 %. Особую активность проявили члены финансового актива: Федотенко Иван, Ошкин Яков, Терентьев Акакий Васильевич и другие, являвшиеся депутатами и доверенными лицами сельсовета.[13]
Система внутренних государственных займов СССР предусматривала сбор кредитных средств населения в обмен на государственные облигации. Срок всех займов составлял 20 лет, погашение было отложено на срок до 19 лет, а доходность снижена до 3—4 % годовых. После 1930 года подписка в рассрочку, де-юре добровольная, но де-факто принудительная, стала основной формой размещения займов. На предприятия, в организации и в колхозы из сберкасс поступали инструкции о порядке размещения займа, бланки для его учёта и оформления и авансовая сумма облигаций. Работники вписывали в подписной лист свои фамилии и сумму, на которую приобретались облигации; затем листы сдавали в бухгалтерию, где деньги удерживали из заработной платы с учётом десятимесячной рассрочки.
В газете «Коммунистический труд» от 15 января 1941 года сообщалось, что уполномоченные по займу Черных П. и Никишина С. полностью собрали средства по подписке на заём Третьей пятилетки (выпуск третьего года).[14]
Агитационная работа
Идеологией и политическим просвещением на селе занимались подготовленные агитаторы. Агитколлективы регулярно проводили занятия в кружках для взрослого населения, где обсуждали значимые общественные и политические вопросы. В агитколлектив Яманского сельсовета в декабре 1940 года входили Зайцев Н. Ф., Полкунов и другие; руководителем агитколлектива был Крещенко.[15] В январе 1941 года в агитколлектив входили Колкотин Илларион Зиновьевич, Портнов Василий Никитич, Панфилов, Солдатов Феоктист К., Лобушкина и Горбачёва Вера Андреевна.[16]
В том числе шла агитация по хранению вкладов населения в сберегательных кассах. Однако по результатам смотра с 12 марта по 1 мая 1941 года в Яманской сберегательной кассе, где контролёром был Горбачёв, наблюдался отлив вкладов, что говорило о неудовлетворительной работе кассы и агитаторов.[17]